Предыдущий | Оглавление | Следующий

Раздел II. Средства массовой информации в системе общественных и властных отношений

Тема 4. Роль и функции средств массовой информации в современном обществе

1. Модели, методы, функции СМИ

2. СМИ как институт современной демократии

3. СМИ и российское государство

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 29

1

 Основу для научного понимания места средств массовой информации в современном обществе положили работ трех известных американских специалистов – Альберта Фреда С., Шрима Уилбурга и Петерсона Теодора «Четыре теории прессы», опубликована в 1956 г. Многие положения этой работы сохранили свою актуальность до сих пор, повсеместным свидетельством чему является перевод работы на русский язык в 1998 г.

Согласно авторам названной публикации в мире насчитывается четыре теории прессы: авторитарная, либералистская, теория социальной ответственности и советская, коммунистическая. Каждая из моделей дает свое понимание свободы слова, свою трактовку принципам соотношения СМИ со структурами власти и гражданами (аудиторией), свое толкование социальной ответственности СМИ и т. д. Отдельные теории прессы отражают не столько отличие теоретических воззрений и концепций специалистов, сколько ее реальное положение в системе социальных отношений того или иного общества, в системе властных отношений. Прежде всего, коммунистическая теория прессы исходила из безусловного подчинения прессы государству, правящей партии, господствующей идеологии (самые, пожалуй, известные выражения – принцип: печать – часть общепартийного дела). Либералистская теория прессы исходит из обще либеральных принципов свободы человека, политического и идеологического плюрализма, независимости СМИ от диктата государства, тем более какой-либо из партий. Поскольку Россия уже в основном рассталась со своим коммунистическим прошлым и пусть медленно и тяжело, но постепенно расстается с авторитарными методами управления общественными делами, соответствующие модели прессы представляют в основном исторический интерес. Главное внимание сосредоточим на либералистской теории прессы и теории социальной ответственности с учетом того факта, что реальная практика деятельности СМИ даже в обществах с устоявшейся демократией далеко не всегда и не во всем соответствует теоретическим конструкциям, предложенным выше названными американскими специалистами или современными теоретиками СМИ.

Либерталистская модель, основанная на признании свободы воли, своим философским обоснованием восходит к трудам Милтона, Локка, Миля, философии рационализма и естественных прав человека. Согласно этой модели СМИ являются одним из важнейших средств контроля за деятельностью правительства, других институтов власти. Она служит обществу и удовлетворяет нужды граждан быть информированными относительно состояния общественных дел, их потребностям в отдыхе и развлечении, общественной коммуникации.

Теория социальной ответственности и соответствующая модель прессы возникла в США в середине прошлого века. Она исходит из того, что свобода прессы должна сочетаться с ее ответственностью перед обществом, задачами выражения общих интересов, интеграции общества, цивилизованного разрешения возникающих конфликтов, разъяснения гражданам общих целей и способствования формированию общих ценностей, представлению различных точек зрения, отражения мнений и позиций различных общественных групп. Важным положением теории социальной ответственности является тезис о разделении комментария, публикации (от имени автора, редакции) и факта, новости как таковой. За этим положением стоит понимание роли прессы не только (и, главное, не столько) как фактора, формирующего позицию граждан по жизненно важным общественным проблемам, сколько способствующего ее самостоятельному формированию аудиторией путем представления ей максимально полной и достоверной информации по соответствующей проблеме (проблемам).

Дополнением к названным теориям (моделям прессы) являются методы журналистики, активно разрабатываемые опять-таки, прежде всего, в США начиная с начала 80-х гг. прошлого столетия.

Это расследующая журналистика, концентрирующая внимание на проблемах контроля за деятельностью властных структур и, прежде всего, тех злоупотреблений властью, которые допускают в своей деятельности чиновники и политики. Она, собственно, и возникла на волне известного Уотергейского скандала.

Прециздиозная журналистика особое внимание обращает на проблему достоверности и глубины освещения происходящих в обществе процессов и событий, стремиться опереться в своей деятельности на данные и выводы социальных наук (социологии, политологии и др. ), мнения экспертов. Это направление журналистики исходит из того, что лишь немногие факты говорят сами за себя (достаточно их сделать достоянием аудитории и смысл их станет понятным для нас). Большинство же происходящих в обществе событий, явлений требует для своего осмысления дополнительно информации: представления исторического контекста, взаимосвязи, события (явления) в политической сфере с экономической ситуацией в стране и т. д., и т. п.

Как альтернатива требованиям точности, объективности, обоснованности прецидиозной журналистики, выступают методы нового журнализма, кредо которого субъективизм, включение в содержание публикаций авторского мнения, отражение его личного отношения к проблеме его настроений и

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 30

 даже элементов художественного вымысла, что роднит журналистику с художественной литературой. По меткому высказыванию одного из патриархов отечественной журналистики репортер сообщает о произошедшем событии, журналист – что думают люди об этом событии, писатель, – что думает он о событии. Фактически новый журнализм во многом претендует на роль писателя в общественной жизни.

Названные теоретические конструкции в чистом, рафинированном виде, как и любые другие теоретические конструкции, в реальной журналистской практике не встречаются хотя бы уже потому, что средства массовой информации функционируют не в стерильной атмосфере, а реальном обществе со всеми его трудностями, особенностями, противоречиями и испытывают на себя воздействие других институтов общества, являются частью определенной системы общественных отношений.

Включенность СМИ в систему общественных отношений, дает представления схемы, предложенной известным российским специалистом в этой сфере Е. П. Прохоровым[1].

 

 

1. Учредитель (У) – государственные или общественные организации, профессиональные и творческие союзы, ассоциации и общества, группы граждан и отдельные лица, создающие газетные и журнальные предприятия, теле– и радиокомпании, продюсерские фирмы, агентства, пресс-службы, издательские фирмы и т. д., располагающие правами владельцев и/или руководителей соответствующих производителей и распространителей массово-информационных продуктов. Деятельность У регламентируется законодательством. Внутренние отношения в редакциях, агентствах, издательствах и др. определяются также и редакционными уставами, кодексами поведения персонала и иными документами.*

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 31

2. Руководящие органы (РО) – государственные институты, которые в соответствии с конституционными нормами правомочны принимать, изменять, отменять различные акты (прежде всего законы), регламентирующие деятельность журналистики. В силу своих политико-правовых функций РО правомочны определять права и обязанности всех участников массово-информационных процессов.

3. Журналисты (Ж) – штатные и нештатные работники редакций (от корреспондента и работника отдела писем до руководителя корреспондентской сети и главного редактора), которые по редакционному уставу определяют направление и характер изданий или программ, ведут авторскую, редакторскую, организационную работу по сбору, обработке, компоновке массовой информации в номера газет и журналов, программы радио и телевидения, выпуски агентской информации и т. д.

4. Тексты (Т) – произведения журналистов, официальные документы, сообщения агентств, рекламные и другие информационные материалы, предназначенные для публикации, отобранные, отредактированные и скомпонованные в номера, программы, выпуски.

Система функционирует на основе прямых и обратных связей (на схеме указаны только основные связи; прямые из них обозначены сплошными линиями, а обратные – пунктирами).

5. Канал (К) – используемые журналистами средства массовой информации (газеты, еженедельники, журналы, альманахи, бюллетени, программы радио и телевидения различных типов и уровней), предназначенные для «доставки» журналистских «текстов» их адресатам.

6. Массовая аудитория (МА) – та часть общества, на которую специально ориентировано определенное издание (или программа) и к которой оно постоянно обращено (расчетная аудитория), или которая действительно сформировалась вокруг данного издания и считает его «своим» (реальная аудитория), или которую можно привлечь дополнительно (потенциальная аудитория). При этом многие представители аудитории в определенных ситуациях (когда пишут письма, звонят или приходят в редакцию, готовят для нее материалы, собирают информацию, консультируют журналистов и т. д. ) выступают и в роли журналистов, которые точно также в свою очередь оказываются аудиторией других средств массовой информации.

7. Социальные институты (СИ) – государственные органы, хозяйственные, профсоюзные и другие организации, партии, союзы, ассоциации, действующие в сфере распространения данного средства массовой информации и деятельность которых обсуждается в произведениях журналистов с целью принятия ими определенных решений.

8. Действительность при этом выступает источником и конечным объектом воздействия журналистики.

В рамках данной работы нас интересуют в основном связи и взаимодействия, отношения, возникающие между журналистами и структурами власти – будь-то по линии учредитель (когда он выступает в лице государственного органа) – журналисты; руководящие органы – журналисты; социальные институты – журналисты.

В то же время нам видно из схемы, прямыми (или в косвенной форме) возможностями воздействия на журналистов имеют и другие акторы (участники) коммуникативного процесса. Причем, в демократическом обществе ресурсы воздействия на СМИ всех акторов сопоставимы по своей значимости и их (акторов) невозможно выстроить по принципам приоритетов, разделив их на главных и второстепенных. Из этого следует вывод, что невозможно понять роль и место СМИ в политической системе, вне системы властных отношений того или иного общества, без анализа всей совокупности общественных связей, в которые включены средства массовой информации, журналисты в том числе как создатели творческого продукта.

Взаимодействия на основе прямых и обратных связей с аудиторией, социальными институтами СМИ решают ряд задач, способствующих деятельности этих институтов, включению в общественные процессы аудитории. Это определяет общественное назначение, функции СМИ в обществе.

В литературе, как отечественной, так и зарубежной, встречается далеко не совпадающий перечень определений функций СМИ. Отчасти эти различия задаются степенью развернутости характеристик функций СМИ (более развернутые подфункции выделяются в самостоятельные, отчасти – разным пониманием актуальности для современности тех или иных общественных задач, решаемых с помощью СМИ. В учебном пособии для факультетов журналистики «Средства массовой информации России» под редакцией декана факультета журналистики МГУ проф. Я. Н. Засурского[2], выделяются следующие функции СМИ:

– информационная (доведение до сведения аудитории информации о фактах и событиях, имеющих место в жизни общества). Это, как правило, оперативная информация репортажного, новостного характера;

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 32

– аналитическая (осмысление, комментирование фактов, событий, тенденций развития тех или иных общественных процессов, организация общественного диалога);

– развлекательная (способствующая отдыху, снятию напряжения, получению удовлетворения).

Особняком авторы ставят формирование повестки дня (adenda setting) – фокусирование внимания аудитории на наиболее актуальных проблемах общественного развития, определение болевых точек социальной жизни; введения в зону оперативного информирования и анализа событий и явлений, имеющих значение для большинства граждан страны[3].

Другой, существенно отличающийся перечень функций предполагает Е. П. Прохоров в упомянутой выше работе. В качестве исходной он выделяет коммуникативную функцию, функцию общения, налаживания контактов. Он не считает эту функцию чисто «технической», вспомогательно обеспечивающей реализацию других функций. Хотя в этом качестве они и выступают действительно, объем ее «полномочий» шире.

Как замечает Е. П. Прохоров прочный контакт с конкретным СМИ у аудитории устанавливается тогда, когда они признают его «своим», а социальные институты ощущают авторитет и силу влияния данного СМИ, обеспеченную поддержкой аудитории.

Вторая наиболее важная группа функции, по мнению е. П. Прохорова носит непосредственно-организаторский характер – выдвижение суждений и оценок деятельности социальных институтов (властных в том числе) и должностных лиц на предмет выполнения ими своих обязанностей перед обществом. Таким образом, СМИ выполняют контрольные и регулятивные функции, оказывают воздействия (непосредственно или опосредованно, через формирование соответствующего общественного мнения) на деятельность социальных институтов и должностных лиц. Через этого рода деятельность в первую очередь и реализуется особый властный ресурс СМИ (СМИ как «четвертая власть»).

В числе наиболее значимых функций СМИ Е. П. Прохоровым называется функция формирования массового сознания (идеологическая или социально ориентирующая), которая включает в себя широкий диапазон воздействия – начиная с сообщений о фактах, событиях, воздействия на общественное мнение, до воздействия на ценности, идеалы, мировоззрение аудитории.

К идеологической функции примыкает культурно-образовательная – формирование политической, экономической культуры, этическое и эстетическое воспитание, а также пропаганда знаний из области медицины, физической культуры, культуры досуга и т. д.

На периферии системы функций находятся рекламно-справочная (удовлетворение утилитарных запросов аудитории) и рекреативная, о которой уже шла речь выше. Представление о развитии взглядов отечественных специалистов на природу функции СМИ дает В. В. Ворошилов в своей книге «Журналистика» (С. -Петербург, 2999 г. ), начиная от И. Хмары (1969 г. ) до публикаций последних лет. Перечень и содержание функций в трактовке отдельных авторов отчасти совпадает, отчасти нет.

К примеру, И. Хмара называет следующие функции СМИ информационная, просветительская, воспитательная, регулятивная, гедонистическая. Шагом вперед стал анализ приоритетных функций СМИ через призму позиций различных участников коммуникативного процесса и социальных ролей журналистики, к которым относятся духовно-идеологическая, информационно-коммуникативная, регулирую­щая и производственно-экономическая.

Значимым представляется и функция СМИ применительно к уровню социума и индивида. Так, применительно к социуму выделяются следующие функции[4]:

I. Информационная:

– информирование о событиях и условиях жизни в обществе и мире;

– информационное обеспечение инновационных процессов.

II. Социальной связи:

– комментирование и интерпретация происходящего;

– поддержка существующих норм и властных отношений;

– социализация;

– координация разнонаправленной социальной активности, формирование общественного согласия.

III. Обеспечение преемственности:

– выражение образцов доминирующей культуры, обеспечение «узнавания» субкультур, новых культурных направлений;

– поддержание общности социальных ценностей.

IV. Рекреативная:

– создание возможностей для отдыха и развлечения;

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 33

– снижение социальной напряженности.

V. Мобилизации:

– организация кампаний в связи с актуальными целями в политике, экономике, социальной сфере.

Применительно к индивидууму структура функций СМИ будет иметь вид:

1. Информационная функция:

– нахождение информации о событиях и условиях жизни непосредственного окружения, общества, мира в целом;

– удовлетворение общих интересов и любознательности;

– обучение и самообразование;

– поиск советов, необходимой информации для принятия решений.

2. Функция личностной идентификации:

– подкрепление индивидуальных ценностей;

– получение сведений о моделях поведения;

– идентификация с ценностями других;

– достижение понимания самого себя.

3. Функция интеграции и социального общения:

– понимание положения другого, переживание;

– формирование основы для диалога, социального общения;

– помощь в реализации социальных ролей;

– возможность общения с семьей, друзьями, обществом.

4. Функция развлечения:

– эмоциональная разрядка;

– заполнение свободного времени;

– эскапизм, уход от проблем;

– получение эстетического наслаждения;

– сексуальное возбуждение.

В упомянутой работе В. В. Ворошилов в качестве генеральной функции СМИ называет формирование и развитие общественного сознания с целью образования в людях социально-психологических качеств, взглядов и убеждений, отвечающих требованиям гражданского общества, основанного на демократизации и рыночных отношениях, и превращения убеждений в практические результаты в области материальной и духовной жизни[5].

Осуществленный анализ функций СМИ дает основание сделать три следующих основных вывода:

1) представление о функциях СМИ менялось потому, что менялся сам предмет. В современном, информационно насыщенном обществе СМИ играют другую, несравненно более важную роль, нежели они играли в первой половине прошлого века. Соответствующим образом расширяются, трансформируются их функции;

2) функции СМИ далеко не одинаковым образом реализуются в различных общественно-политических системах (отсюда и родились четыре теории прессы), что требует, в свою очередь, «заземления» анализа проблемы на конкретные условия той или иной страны;

3) средства массовой информации – это, прежде всего, институт гражданского общества (в этом мы полностью согласны с В. В. Ворошиловым), именно гражданского общества, а не власти (хотя, частично и это имеет место), и не коммерческих структур (хотя включение в систему экономических отношений имеет место во всем мире). Соответственно, главные функции СМИ должны быть связаны с задачами интеграции общества при том, что для аудитории наиболее важным выступает ориентирующая рекреативная, утилитарная функция СМИ, а для социальных институтов – организационная, агитационно-пропагандистская.

2

Интеграция общества в современном мире неотделима от демократического процесса. СМИ выступают основным гарантом информационного обеспечения этого процесса, прежде всего, за счет максимально полного информирования граждан о всех наиболее значимых процессах и явлениях, происходящих в обществе, о позиции и действиях властей, их усилиях, направленных на решение волнующих граждан вопросов и проблем. Способствование интеграции общества путем его всестороннего информирования предполагает представление точек зрения различных общественных групп и сил. Представление различных точек зрения, которые должны стать доступными аудитории, служит тому, чтобы они смогли увидеть свою позицию в ареале других точек зрения, соотнести свои интересы с интересами других сил и групп в целях обсуждения, согласования и выработке взаимоприемлемой позиции по тому, или иному вопросу (проблеме). СМИ не навязывают свое видение, свое реше

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 34

ние проблемы, а обеспечивают диалог, обозначая вместе с тем и свою собственную позицию (если в этом есть необходимость), проявляя при этом терпимость к другим точкам зрения и не претендуя на роль арбитра, имея (в качестве сверхзадачи) цель в обеспечении конструктивного взаимодействия различных сил, работу на общий интерес, практическое решение проблемы.

Вторая составляющая демократического потенциала СМИ состоит в их возможности делать достоянием общественности все значимые факты отклонения от закона, норм общественной морали, антисоциальных действиях не только криминальных элементов, но и бизнес –, и властных структур, тех или иных социальных институтов.

По отношению к властным структурам, критикуя их действия, не вписывающиеся в рамки закона, общественной морали или просто не эффективные, СМИ выступают в роли своего рода не парламентской оппозиции. В современных либеральных обществах такая оппозиционная роль СМИ расценивается очень высоко. Критика СМИ здесь чаще всего направлена на действия властей различного уровня.

Основная коллизия при этом состоит в том, что будучи институтом гражданского общества, признанными способствовать формированию и интеграции этого общества, защите его интересов перед властью и бизнесом, реально в силу сложившейся в обществе системе политических и экономических отношений они эту роль не выполняют, а выступают нередко в роли представителя интересов власти или бизнеса, при том, что интересы власти и граждан, бизнеса и граждан не обязательно противостоят друг другу. Но и не всегда совпадают.

Эта позиция имеет место не только в России, но и во всем цивилизованном мире и не может быть объяснена только недостроенностью российских рыночных отношений и институтов демократии. В подтверждении сошлемся на работу патриарха европейской социологической и политической науки П. Бурдье «О телевидении и журналистике», переведенную в 2002 г. На русский язык. Отмечая растущую роль СМИ, увеличение ее ресурсов и возможностей воздействия на процессы, происходящие в обществе, политическую жизнь в том числе, П. Бурдье одновременно отмечает и увеличивающуюся степень зависимости СМИ как от властных, так и бизнес структур. Символическая власть, которую олицетворяют СМИ и, которая раньше была независимой, отделенной от политической и экономической власти в современном мире все больше концентрируется в одних и тех же руках. Владельцы крупных корпораций приобретают средства массовой информации, они во все большей степени контролируют большие информационные группы, присваивая инструменты производства и распространения культурных благ. Объединяя разного рода средства производства «символической продукции»: телевизионные каналы, Интернет-компании, журнальные и книжные издательства, кино– и телестудии и т. д. – они предлагают одинаковую логику рынка для всех. Культурные блага, информация рассматриваются как любой другой товар, а, следовательно, их создание и распространение должны подчиняться общим экономическим регуляторам, главный среди которых – прибыль.

Последствием этого положения становится невидимая цензура, обращение СМИ к манипуляторским методам воздействия на аудиторию. «Чем лучше мы понимаем, как функционирует определенная социальная среда, – пишет П. Бурдье – тем яснее становится, что составляющие ее люди манипулируемы в той же степени, что и манипулируют. Они тем лучше манипулируют, чем больше манипулируемы и чем меньше отдают себе в этом отчет»[6].

Манипулирование СМИ информацией осуществляется, прежде всего, тем, что выбирая для демонстрации (публикации, озвучивание) определенного рода факты и события и игнорируя другие (в частности, в силу того, что они не могут привлечь внимание широкой аудитории) СМИ, и прежде всего телевидение, фактически не отображает реальность, а ее конструирует, заставляя поверить в то, что именно является важным, значимым, а что, как бы, не существует, формируя таким образом определенную картину мира и мобилизуя социальные группы в поддержку тех или иных идей, событий. Еще одна сторона медиократии – власти СМИ[7] – предлагать готовые, банальные идеи, которые не требуют размышлений для своего усвоения, эксплуатация при этом самых простых инстинктов человека и формируя его мировоззрение в определенном направлении. В особенности этим «грешит» телевидение. На первый взгляд, самое доступное и демократичное средство массовой информации, телевидение постоянно и направленно, ориентированное на вкусы и запросы большинства, в погоне за привлечением внимания этого большинства, поднятием рейтинга передач (а значит и рекламных поступлений) фактически телевидение, подчеркивает Пьер Бурдье, «способствует установлению извращенной формы прямой демократии… телевидение, управляемое рейтингом, способствует оказанию рыночного давления, не считающегося свободным и просвещенным потребителем. Это не имеет ничего общего с демократическим выражением рационального и просвещенного общественного мнения и общественного разума…»[8].

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 35

И общий вывод П. Бурдье по проблеме взаимоотношений СМИ-бизнес: один из парадоксов состоит в том, что конкуренция, всегда представляемая нам условием свободы оказывает обратное влияние на поле культурного производства, испытывающие коммерческое давление: оно имеет своим следствием профанацию, цензуру и даже консерватизм.

Еще один важный вывод касается давления СМИ в погоне за рейтингом, коммерческим успехом на политические процессы. Хотя политика властных структур и СМИ находятся в постоянной конкурентной борьбе друг с другом и СМИ испытывая воздействия со стороны политических институтов, сами они в свою очередь, оказывают все большее влияние на деятельность этих институтов в направлении утверждения плебисцитарных форм демократии, политической демагогии и популизма. В этом проявляется еще одна сторона медиократии современного общества. Значимость происходящих изменений в содержании и формах взаимодействия властных структур, поля политики и СМИ может быть оценена в полной мере лишь с учетом того факта, что в современном мире коммуникация утрачивает статус сугубо технического процесса общения власти и общества, а сам факт ее существования все более превращается в эпицентр политики. Она во многом перестраивает структуру поля политики и предопределяет характер организации властных отношений[9].

Вышесказанное относительно давления на СМИ факторов, связанных с рыночными отношениями или действиями властных структур вовсе не означает, что они, СМИ, перестали служить гражданскому обществу. Речь идет о другом. Те механизмы, которые раньше позволяли гражданскому обществу воздействовать на СМИ и направлять их политику в современных условиях начинают все больше давать сбои. Существование множества независимых от государства СМИ, потенциально обладающие возможность представлять весь спектр позиций имеющихся в обществе по той или иной проблеме, способствовать формированию компетентного общественного мнения по наиболее значимым вопросам, развитию культурного потенциала человека и т. д. является еще недостаточным условием для решения обозначенного круга задач. И связано это, в первую очередь с тем, что механизмы контроля общества за деятельностью СМИ через просмотр (прослушивание, чтение) соответствующих передач, чтение статей порождает нередко совершенно иного рода эффекты, о которых говорилось выше (погоню за сенсацией, пересказ банальностей, эксплуатацию низменных чувств человека и т. п. ), а права граждан остаются пустой формальностью, поскольку они не имеют прямого доступа к средствам производства информации, выражения автономных мнений.

Естественен вопрос: насколько все выше сказанное имеет отношение к России, медиоструктуры, которые менее развиты, чем медиоструктуры западных стран. Ответ может быть только один: имеет самое непосредственное отношение. Во-первых, потому, что некоторые новейшие тенденции развития медиоструктур и изменения их положения в обществе проявляются в России даже ярче чем во многих странах запада. Во-вторых, ставя перед собой задачу показать механизм функционирования СМИ в обществе, необходимо выбрать правильный вектор развития, учитывающий, в том числе, те трудности развития СМИ, с которыми сегодня столкнулся Запад. Иначе через некоторое время мы просто поменяем одни проблемы на другие.

Специфические российские проблемы в сфере деятельности СМИ связаны с переходом от одной советской модели прессы к принципиально иной, основанной на отмене прямой цензуры и рыночных отношений. Первоначальная эйфория, связанная со сменой модели прессы, получением СМИ свободы довольно быстро сменилось пониманием сложности этого перехода, трезвой оценкой того кризисного состояния, в котором очутилась пресса к середине 90-х годов. Союз журналистов России, выпускающий ежегодник «Средства массовой информации России», 1997 год. Анализ, тенденции прогноз» так охарактеризовал основные черты кризиса российской прессы:

– общий спад тиражей в 8 раз за последние 8 лет (спад центральной прессы в 15 раз);

– образование «мутного» рынка прессы, в котором отсутствуют финансовая и тиражная прозрачность изданий (указание ложного, завышенного в рекламных целях тиража стало нормой, зачастую неясно, кто финансирует издание, является его реальным владельцем);

– застой и разрушительные процессы в российской полиграфии: 40% полиграфических мощностей это архаичная высокая печать (в местных типографиях – 70%), в результате чего издатели предпочитают размещать заказы за рубежом; в 1997 году российские издатели оставили на Западе 750 млн. долларов США, 56% наших журналов и 15% газет печатаются за границей, это сопровождается простоем российских типографий и отсутствием инвестиций;

– нарастает концентрация и монополизация рынка СМИ, практически все центральные и часть местных средств массовой информации скуплены и поделены между медиа-холдингами, что приводит к

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 36

 потере независимости СМИ и их использование в качестве «орудий» в информационных межбанковских войнах;

– рост социальной незащищенности журналистов, средняя зарплата большинства из которых не превышала в 1997 году 500 тыс. рублей (500 рублей);

– нарастают негативные явления в самом содержании СМИ: все больше «заказных» статей, передач и скрытой рекламы, непроверенных материалов и неточных сведений; СМИ все в большей степени выступают не средством информирования населения, а средством манипулирования общественным мнением;

– в результате, судя по всем опросам общественного мнения, растет отчуждение СМИ от общества, все больше людей не доверяют информации, полученной от СМИ[10].

Особые причины кризиса (помимо объективных, связанных с общей неблагоприятной ситуацией в стране, объективными трудностями смены модели прессы) Союз журналистов видел в отсутствии у государства какой-либо внятной политики в области СМИ, пробелы в законодательстве, в особенности «выпадения» СМИ из отношений собственности в результате чего закон о СМИ плохо регулирует отношения и проблемы СМИ. Раскрывая и детализируя свои выводы о кризисе российской прессы, авторы отмечают:

– что пресса, будучи брошена в рынок, перестала быть объектом культуры и информации, а стала одним из товаров, наравне с водкой и джинсами;

– что конкуренция изданий и каналов не способствует улучшению качества прессы, что огромные различия в степени насыщенности периодическими изданиями отдельных регионов России (перепад более чем 30-ти кратный) это уже не отклонения в рамках одной модели прессы – это принципиально разные типы информационного взаимодействия между властью, обществом и человеком, принципиально разная роль прессы в этом взаимодействии;

– что главной тенденцией в отношениях власти и СМИ стало вырождение политики государственного протекционизма и замена ее политикой патернализма со стороны власти, создание «ручной», «карманной» прессы;

– что усиливается расслоение журналистского корпуса на редакторов, тяготеющих к властной и бизнес элите, и журналистов, тяготеющих к гражданскому обществу;

– что руководители ведомств игнорируют соответствующий Указ Президента и не реагируют на критику в свой адрес, требуют платы от журналистов за предоставление информации.

И, пожалуй, самый значимый уточняющий вывод – российская пресса реально независима лишь от читателя, зрителя, слушателя.

Выработка механизмов, которые реально сделали бы СМИ зависимыми от тех, кто их читает, слушает и смотрит должна была бы составлять основной приоритет законодательной и законоприменительной деятельности. Но ничего похожего не наблюдается и потому реальная конкуренция между журналистами и их изданиями (компаниями) все больше подменяется состязанием сенсаций, скандалов и компроматов. Мало того, отсутствие финансовой независимости превращает СМИ из информационных источников в политическое оружие групп, кланов, элит и т. д., где отсутствие самоокупаемости СМИ компенсируется его владельцу, будь то банкир или администратор области, его послушностью, управляемостью, готовностью послужить или прислуживать. В результате СМИ политизированы сверх меры: до 80% газетной площади или экранного времени посвящены не тому, как живет общество, а тому, кто и как пытается им править[11].

Сравнивая трудности и проблемы российских СМИ с положением в обществе французской прессы, охарактеризованными выше нетрудно заметить немалое число совпадений (отсюда иногда дословное совпадение характеристик). Это означает, что далеко не все в положении российских СМИ в обществе можно объяснить особенностями переходного периода. Ряд трудностей и проблем носит безусловно общий характер и можно было предположить, что надежды на скорое их решение отсутствуют. Дальнейший опыт развития прессы России подтверждает это предположение.

Оценка состояния российской прессы, данная специалистами в начале нынешнего XXI века, мало чем отличается от тех, которые давались ей в середине 90-х гг. прошедшего столетия. Отмечается, что пресса потеряла свою лидирующую роль в обществе и взяла на себя в первую очередь, функцию его информационно-сенсационного и развлекательного массажа. Тяжелое экономическое положение большинства редакций и населения направили развитие прессы по такому пути, когда стало свершившимся фактом:

– выход за пределы общероссийского информационного поля значительной части населения страны;

– сокращение объема информации в структуре отдельного издания;

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 37

– ухучшение качества общероссийской информации, снижение уровня ее достоверности (ангажирвоанность, корпоративность, мифологизация публикаций и др. )[12].

Абсолютное большинство специалистов в числе наиболее существенных характеристик информационного поля России называют также доминирование телевидения, которое стало не только основным но для многих россиян и единственно доступным каналом массовой информации. Это во многом определяет тип и содержание той картины мира, которую формируют СМИ в сознании граждан России: оно носит в основном событийно-жанровый характер, где тесно переплетается информация и развлечение, тематические материалы все больше вытесняются различного рода шоу, а их обсуждение концентрируется не на проблеме, а персонаже.

Как отмечают многие исследователи за популярностью телесмотрения стоит не просто иллюзия бесплатного доступа к коммуникации (по сравнению со все дорожающей печатной продукцией). Относительная гарантированность этого доступа, причем максимально синхронного с транслируемыми событиями (газеты намного запаздывают, журналы выходят нерегулярно, доставляют и те и другие из рук вон плохо), или впечатляющая подробность, наглядность, суггестивность телесообщения по сравнению с радиопередачей. Телевидение создает мир, который в данном случае дублирует зачаточные, слабо развитые формы организации социальной жизни либо компенсирует отсутствующие институты гражданского общества. Доверие к масс-медиа (все еще сравнительно высокое) – оборотная сторона отчужденности реципиентов от происходящего, выражение их зрительского участия в социальной действительности.

Телесмотрение не только замещает активную, массовую политическую жизнь пассивным просмотром теленовостей. Телевидение «протезирует» и многие другие несостоявшиеся формы гражданского участия, социальной солидарности (клубы по интересам, ассоциации и союзы разного рода, формы самоорганизации потребительского или досугового поведения, наконец, реальные политические партии), создавая целые сферы чисто визуальной чужой жизни, виртуально-телевизионной реальности, которая завораживает зрителей своей как бы доступностью, иллюзией присутствия. Разыгрывая различные ситуации, инсценируя сюжетные коллизии, ТВ воспроизводит весь круг представлений и ценностей, значимых сегодня для сообщества россиян в целом, выступает своего рода «живым календарем» ритуалов социального единства и сопричастности. Тем самым ТВ в нынешних условиях самим характером апелляции к массе создает целостность, вне данного систематически повторяющегося акта коммуникации не существующую[13].

Рассмотрим обстоятельнее проблемы и положения СМИ в российском обществе, их взаимоотношения со всеми основными агентами массового информационного поля, отталкиваясь от той схемы, которая была предложена в начале главы.

Ведущим агентом информационного поля остается российское государство. Оно не только определяет права и обязанности журналистских коллективов, задает «правила игры», регулирует их деятельность через Министерство по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникации, но и является (как минимум де-факто) собственником многих средств массовой информации (особенно региональных).

Представление о возможностях воздействия Министерства по делам печати на СМИ дает перечень тех прерогатив, которые отнесены к этому ведомству:

– разработка и реализация государственной политики в области средств массовой информации;

– регистрация средств массовой информации и рекламных агентств;

– лицензирование телевещания и радиовещания;

– контроль за соблюдением законодательства Российской Федерации, правил регистрации и получения лицензий, наложение взысканий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, вынесение предупреждений, предоставление и аннулирование регистраций и лицензий в установленном порядке;

– разработка и реализация мероприятий в области развития, реконструкции, эксплуатации, стандартизации и сертификации технической базы, технических и иных нормативов и стандартов;

– подготовка законодательных и иных нормативных актов в области СМИ[14].

Представление о масштабах вещания СМИ государством дают такие факты:

– на базе ВГРТ создан в 1998 году холдинг куда вошли телеканалы «Россия» и «Культура», радиостанции «Голос России», «Маяк», «Орфей», РИА «Вести»; региональные госкомпании и местные технические центры были включены в холдинг на правах дочерних предприятий;

– государству принадлежит 51% акций общественного российского телевидения;

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 38

– учредителям абсолютного большинства газет и местных теле– радиостанций являются властные структуры.

За годы реформ вектор взаимоотношений СМИ и государства менялся. Последнее крупное изменение связано с выборами Президента России Б. Ельцина в 1996 г. До этого сохранившие значительный потенциал независимости СМИ, включая ВГРТ, нередко серьезно критиковали власть, особенно ее действия в Чечне. Потребность противостоять угрозе возвращения к власти коммунистов на время сплотили не только правящую и бизнес-элиту но и абсолютное большинство СМИ вокруг Б. Ельцина, которые делали все возможное и невозможное для его победы на выборах. Такую позицию большинства СМИ можно если не оправдать, то, по крайней мере, понять. Намного труднее понять и оправдать то, что произошло после выборов: большинство СМИ благосклонно приняло дальнейшую опеку со стороны государства, исполнительной ветви власти не ставя под сомнение необходимость сотрудничества СМИ с властными структурами (подробнее об этом в следующей главе), вместе с тем, считаем необходимым особо подчеркнуть: сотрудничество предполагает равноправные, партнерские отношения, а не патронаж одной из сторон над другой.

Два вопроса неизбежно возникают в этой связи: первый – могла ли в тех российских условиях ситуация сложится иначе? И второй – что необходимо предпринять, что изменить эту ситуацию? К первому из поставленных вопросов. Обычно независимость СМИ от государственных структур связывают прежде всего и главным образом с их экономической независимостью. На наш взгляд, это условие необходимое, но не достаточное и не первичное. СМИ как независимый институт гражданского общества может быть таковым только в том случае, если в обществе сложились другие институты гражданского общества, на поддержку которых СМИ в случае необходимости могут опереться; если, наконец, в обществе сложились многочисленные, экономически независимые от государства группы граждан, знающие свои права и умеющие их защищать, объединяясь с себе подобными и не связывающие все свои надежды с государством. Поскольку гражданское общество в России слабо, а по нашим данным, еще примерно половины населения страны нуждается в патронаже со стороны государства, то и большинство СМИ вынуждены выстраивать свою линию действий соответствующим образом. Высказанное вовсе не означает, что данную логику развития необходимо принять. Во-первых, ситуация меняется. В некоторых направлениях формирование институтов гражданского общества идет весьма активно. Это, в первую очередь, касается так называемого «третьего сектора» – независимых некоммерческих и негосударственных структур. Во-вторых, несмотря на наличие в российском обществе ряда тенденций, препятствующих независимости СМИ от властных структур, ресурсы для утверждения независимой линии поведения СМИ задействованы, но не лучшим образом.

Комиссия по политике в области радио и телевидения («Комиссия Картера-Сигалаева») сформулировали ряд предложений, способных существенным образом улучшить систему радио и телевидения в стране, в том числе сделать электронные СМИ более независимыми от государственных властных структур. Это:

1) внедрение неизменной, предсказуемой, рациональной и независимой от политических соображений системы лицензирования;

2) диверсификация владельцев средств распространения радио и телесигналов;

3) поощрение перехода от связанного с государством к негосударственному общественному вещанию и создание надлежащих источников финансирования общественного телевидения;

4) использование преимуществ новейшей телекоммуникационной технологии для расширения разнообразия источников информации и снижения расходов на содержание телепрограмм;

5) переход от жесткой вертикали (вершины пирамиды – Гостелерадио, которому подчиняются республиканские, областные, краевые, городские телерадиокомитеты) к горизонтальным связям между радиотелеорганизации (в этом направлении процесс в России активно идет, примером тому может служить ассоциация спутникового телевещания АСТ, аудитория которого в настоящее время составляет 25 млн. человек, объединивший 24 телекомпании канал «Восток», телевизионная сеть СТС, объединяющая более 40 телеорганизаций Восточной Европы);

6) освоение сетевого принципа распространения телепрограмм[15].

Одна из самых болезненных для российских СМИ проблема – взаимоотношения с издателем. Как уже отмечалось выше, СМИ, выполняя общественно полезные функции, наряду с системой образования, здравоохранения и т. п. одновременно создают информационный рыночный товар, который может распространяться только по законам рыночной конкуренции.

В реальном продукте деятельности СМИ – сообщения обе составляющие представлены в единстве, как две стороны одной медали (хотя далеко не всегда в одинаковой мере).

Каждое СМИ, проводя маркетинг и определяя свою нишу на информационном рынке, проецируя свою аудиторию (читателя, зрителя, слушателя), размеры аудитории и соответствующий ей тираж

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 39

 определяет для себя баланс между общественно-служебной функцией и удовлетворением потребительского спроса, баланс удовлетворения потребностей различных групп аудитории. В определении баланса участвуют издатели, менеджеры, редакторы и журналисты. Их интересы далеко не всегда совпадают. По идее для издателя (если издатель не властная структура) СМИ – это обычное коммерческое предприятие. Если оно приносит прибыль, то его не интересует (не должна интересовать) та информационная политика, которую проводит редактор. Это не его прерогатива. Такая идеальная модель разделения функций нигде в мире не существует в «чистом виде». В России тем более. В России пока бизнес не отделен от политики. Большой бизнес возможен как успешный только в том случае, если он имеет «политическую крышу», может лоббировать свои интересы через властные структуры и воздействовать на них, в том числе с помощью СМИ. СМИ для коммерческих структур в России это, прежде всего, институты политического давления. Доход владельцу они приносят часто не непосредственно, а увеличивая его политический капитал. Большая часть изданий, электронных СМИ информационных империй Березовского или Гусинского не приносили им коммерческой прибыли, но в немалой степени способствовали тому, что эти бизнесмены (в первую очередь это касается Березовского) могли фактически напрямую участвовать в принятии важнейших государственных решений и даже расставлять своих людей во властных структурах конвертируя это затем в экономическую прибыль.

Если же издание начинало серьезное отклоняться в сторону от генеральной линии издателя, переставала приносить ему политические дивиденды, формировать желаемый имидж – менялся главный редактор и политическая линия издания, ее редакционная политика. Так случилось, в частности, с «Независимой газетой», а до этого с «Известиями», поменявшими главного редактора сразу после смены владельца контрольного пакета акции издания.

Подобная практика может повторяться до бесконечности, порождая многочисленные конфликты. Самый громкий и серьезный из них связан с НТВ. Совсем недавно Газпром опять поменяло высшее руководство НТВ, что вызвало конфликт в коллективе. Свобода прессы в таких ситуациях сводится к свободе издателя диктовать собственную редакционную политику, которая в условиях слияния политики и СМИ, создание медийно-промышленных комплексов означает возможность влияния на государственный аппарат, чего нет ни в одной цивилизованной стране. Во всяком случае, в таких масштабах как это имеет место в России. Остается лишь надеяться, что в новой редакции закона о СМИ взаимоотношения издателя с журналистским коллективом будут отрегулированы более цивилизованным образом.

Нельзя одновременно не замечать и другой, общемировой тенденции – становления медиократии – новой формы власти частного капитала, при которой политики и политика находится в жесткой зависимости от собственников капитала, которые, контролируя СМИ и культурное производство имеют возможности задавать образцы поведения масс и определять приемлемые для них рамки действий правящего политического класса. Разрушение традиционных барьеров между политикой и культурой, появление возможностей у капитала контролировать всю совокупность информационных потоков и информационного обслуживания населения, превращает владельцев информационных и развлекательных средств (и одновременно владельцев других средств производства, финансов) в ведущий управленческий слой. Россия, по оценкам некоторых специалистов, несмотря на то, что господствующие позиции в ней занимает еще «грабительский», приватизационный капитал вполне может стать первой страной медиоуправляемого капитала XXI века. В свете этого становится более понятными шаги Президента Владимира Путина по разрушению некоторых медио-империй.

Третьим, и по идее самым важным актором информационного поля является аудитория – зрители, слушатели читатели. Взаимодействие СМИ с аудиторией является определяющими, но и зависят от следующих критериев:

1. Доступность информации СМИ для аудитории, различных составляющих ее структуры.

2. Удовлетворение со стороны СМИ информационных потребностей аудитории, позволяющей аудитории с помощью СМИ быть в курсе всех важнейших событий жизни страны и мира, активно участвовать в политической, культурной и экономической жизни общества, взаимодействовать и сотрудничать с другими группами населения в решении насущных проблем и вопросов.

3. Возможность аудитории влиять на содержание продукции СМИ.

Анализ начнем с анализа проблемы доступности СМИ. Относительно теле– и радиосигналов значительных проблем нет. Сейчас они покрывают всю страну за исключением отдельных анклавов. Увеличивается число местных, региональных станций. Разрастается сеть кабельного телевидения, а значит, увеличиваются возможности выбора аудитории, конкуренция каналов. По иному обстоят дела с печатной прессой, газетами и журналами. Начиная с конца 1993 г. центральная пресса стала постепенно вытесняться местной и региональной. Сказались не только цена подписки на центральную прессу, но и трудности ее доставки, ряд других экономико-организационных факторов. Не менее тревожен и другой факт: резкое сокращение числа подписчиков и лишь периодическое обращение к га

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 40

зете. Газета, и прежде всего, общероссийская фактически не присутствует постоянно в информационном пространстве целого ряда категорий аудитории (жителей села, пожилых людей, лиц с низким уровнем образования), жителей наиболее бедных, депрессивных регионов (Ингушетия и другие), что дает основание для вывода о распадении единого информационного пространства России, о выходе за пределы общероссийского информационного пространства значительной части населения.

Ряду центральных изданий (прежде всего «Комсомольской правде», «Аргументам и фактам», «Московскому Комсомольцу») все же удалось закрепиться в провинциальной аудитории во многом за счет публикаций специальных региональных приложений. Но одновременно им пришлось пожертвовать свои содержанием, трансформируясь в сторону от качественно газеты к массовой. Особенно это заметно на «Аргументах и фактах», которая за прошедшее десятилетие из газеты для интеллектуалов и социально активных граждан превращаясь в типично массовое издание, достаточно активно эксплуатирующее потребительские вкус читателя, бульварные темы.

Уменьшение числа качественных периодических изданий отражает общую тенденцию развития российских СМИ как системы в целом. Абсолютное большинство специалистов отмечают сокращение объема информации в структуре изданий, ухудшение ее качества и снижение степени достоверности, рост тенденций мифологизации информации, преобладание сенсационно-скандальных сообщений. Это не может не отразится на уровне выполнения СМИ общественно значимых функций. Приведем сравнительные данные характера влияния телевидения на зрителя одного из самых авторитетных центров изучения общественного мнения – ВЦИОМ.

Таблица № 1

ТЕЛЕВИДЕНИЕ

 

1989

2001

повышает моральный уровень, утверждает образцы нравственности;

ухудшает нравственную ситуацию, дает примеры дурного поведения;

74

10

53

29

расширяет кругозор, вовлекает людей в процессы, происходящие в мире;

ограничивает интересы людей, вырабатывает поверхностные представления;

85

10

79

15

знакомит с лучшими образцами культуры, развивает эстетические вкусы;

поставляет низкопробную продукцию, формирует дурной вкус;

62

15

50

29

усиливает обмен мнениями, способствует общению людей;

сокращает человеческие контакты, делает людей более разобщенными

64

27

50

36

 

В приведенных данных ВЦИОМ обращает на себя внимание не только факт снижения по важнейшим общественно значимым позициям роли телевидения, но и то, что большинство оценивает эту роль по-прежнему высоко. Это означает, что именно такое «заземление» телевидения, телевидение «Поля чудес» и в «О, счастливчик!» (самые популярные передачи), телевидение бесконечных полицейских сериалов и скандальных разоблачений и необходимо сегодняшнему зрителю, живущему в определенной социально-психологической атмосфере, в которой до сих пор не ясно где добро и где зло, кто герой, а кто злодей. Если нет признанных авторитетов – героем становится нарушитель, к нему у аудитории повышенный интерес. Можно сказать, что соответствующий спрос рождает соответствующее предложение со стороны ТВ, других СМИ. В разобщенном, фрагментированном обществе, каковым на сегодняшний день продолжает оставаться Россия, где любой маломальский значимый социальный, экономический, политический вопрос становится предметом острейших дискуссий и неприятия, отвержения другой стороны контакты и коммуникации между социальными слоями и группами минимальны, частичны, слабо структурированы. Эфир восполняет и заменяет эти пробелы. Но таковым, виртуально объединяющим большинство он может быть лишь в том случае, если «сглаживает», «усредняет», упрощает и по возможности вообще избегает реалий жизни, заменяя их виртуальными героями, темами, персонажами, имеющими лишь отдаленное, поверхностное сходство с оригиналом. А это значит, что у зрителя, как отмечает Б. Дубин, нет практически никакой возможности смыслового контроля за содержанием передач, его проверки, равно как нет никакой связи изображения с реальными повседневными заботами реципиенты – групповыми или индивидуальными[16].

На ограниченность возможностей влияние аудитории на деятельность российских СМИ обращают внимание и другие авторы. Как отмечает С. Филиппов – российские СМИ – это прежде всего инструмент в руках политической элиты и элитарных групп, которые выстраивают с их помощью информационное пространство в собственных интересах. И хотя в последнее время население, институты гражданского общества стали обладать определенными возможностями производства и распространения информационных продуктов в обществе, их возможности несопоставимы с возможностями верхов[17].

Комаровский В. С. Государственная Служба и СМИ. – Воронеж. Издательство ВГУ, 2003. С. 41

Специалисты МГУ также отмечают определенный рост возможностей влияния аудитории на СМИ, одновременно подчеркивая, что это влияние чаще реализуется не прямо, а через рекламу. Весьма противоречивая характеристика роли рекламы как выразителя интересов аудитории дана выше, при анализе работы П. Бурдье о телевидении. Применительно к российским условиям добавить можно следующее: в отличии от Запада, где имеется достаточно состоятельный и многочисленный средний класс реклама как правило ориентирована на действительно массовую обширную аудиторию, большинство населения страны в России, где официально 30% имеют доход ниже прожиточного минимума, а еще 40% еле-еле сводят концы с концами реклама изначально ориентирована чаще всего на узкий круг покупателей.

Этот весьма узкий сегмент российского населения действительно через рекламу может оказать определенное воздействие на СМИ. Остальные – нет. Такова российская действительность. Заключая специально подчеркнем: часть проблем российских СМИ отражает общемировые тенденции развития этой сферы, которая при близком рассмотрении оказывается далеко не так близкой к идеалу, как это представлялось многим российским специалистам в начале 90-х годов[18]; часть – отражает специфику становления в России «дикого рынка», объективные трудности перехода от советской модели СМИ. Решение второй части проблем просматривается достаточно отчетливо и связано с изменениями законодательства, формирования в России более зрелого гражданского общества.

Контрольные вопросы и задания:

1. Назовите основные теории прессы и охарактеризуйте их принципиальное отличие.

2. На Ваш взгляд, может ли теория социальной ответственности прессы сочетаться с методом «нового журнализма»? Обоснуйте свой ответ.

3. Какой смысл вкладывают специалисты в понятие СМИ как «четвертая власть»?

4. Охарактеризуйте главные функции средств массовой информации?

5. Как вы понимаете роль и назначение СМИ как института гражданского общества? Какие коллизии здесь наблюдаются?

6. Рынок для СМИ: это благо или зло? Благо и зло одновременно?

7. К чему ведет абсолютное доминирование телевидения на информационном поле, какое влияние оно оказывает на другие средства массовой информации?

8. От кого реально зависит СМИ в России: от аудитории, власти, бизнес-структур? Обоснуйте свой ответ.

9. Медиократия, что это такое?

Литература:

Альберт Фред С., Шрам Уилберг, Петерсон Теодор. Четыре теории прессы. М.,1998.

Прохоров Е. П. Введение в теорию журналистики. Издание 2. М.,1998.

Средства массовой информации России. М.,2001.

В. В. Ворошилов. Журналистика. Издание2. С-Пб.,2002.

П. Бурдье. О телевидении и журналистике. М.,2003.

А. А. Berger. Media Aualysis Technigues. London. 1991.

Mc. Quail D. Mass Communication Theory An Jutrodaction. L. 1987.

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Прохоров Е. П. Введение в теорию журналистики. Издание 2. – М., 1998.

* Система функционирует на основе прямых и обратных связей (на схеме указаны только основные связи; прямые из них обозначены сплошными линиями, а обратные – пунктирами).

[2] Средства массовой информации России. – М. . 2001. – Ст. 25-27.

[3] Там же. – Ст. 64.

[4] Berger A. A. Media Analysis Techniques London: 1991. McQuail D. Mass Communication Theory. An Introduction. London: Sage, 1987.

[5] Ворошилов В. В. Журналистика. 2-ое издание. – С. -Петербург, 2000. – Ст. 86.

[6] Бурдье П. О телевидении и журналистике. – М., 2003 – Ст. 29.

[7] Там же. – Ст. 35–36.

[8] Там же. – Ст. 88.

[9] Подробнее см.: Соловьев А. И. Политическая идеология: логика исторической эволюции //Политические исследования. –2001. – № 2.

[10] Средства массовой информации России. 1997 год. – М., 1998. – Ст. 3-4.

[11] Средства массовой информации России. 1997 год. – М., 1998. – Ст. 14, 19, 212, 219, 220.

[12] См., например: Система средств массовой информации России – М., 2001. – Ст. 20.

[13] Российское общество и СМИ // Pro et Contra. – 2001. – с. 41.

[14] Положение о Министерстве Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникации //Законодательство и практика. – 1999. – № 61. – C. 4-5.

[15] Средства массовой информации современной России. – М., 2001. – С. 180-182.

[16] Дубин Б. От инициативных групп к анонимным медио //Pro Contra. – 2000. – Осень. – С. 47.

[17] Филиппов С. СМИ как механизм формирования гражданского общества в переходных системах //Власть. – 2002. – № 8. – С. 11.

[18] В подтверждение приведем ряд наблюдений, касающихся американской действительности: программы новостей направлены на поддержку существующего порядка, бизнесменов, верхушки среднего класса и когда нет сенсаций сосредоточивают все внимание на действиях элиты, власть имущих. В результате политика воспринимается как «внутреннее дело» незначительной части общества…Этому способствует и подбор аналитиков-обозревателей, лиц, имеющих доступ к «верхам» – Тузинов А. Р. Масс-медио: идеология видимая и невидимая //Полис. – 2002. – № 5. – С. 125.

Партнеры:









Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Optime - Тематический каталог сайтов. Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.